Пределы центральных банков

Центральным банкам приписывают почти волшебную силу. Но у их инструментов есть пределы, и недавняя история с ними всеми столкнулась.

Первый предел: ноль. Долго считали, что ставка не может опуститься ниже.

В две тысячи четырнадцатом Европейский центральный банк делает немыслимое: отрицательную ставку по депозитам. Она дойдёт до минус полпроцента.

Отрицательная значит: банк, который кладёт деньги в центральный банк, платит за это.

Для примера, сто миллионов евро под минус полпроцента: пятьсот тысяч евро потерь в год.

Идея: подтолкнуть банки ссужать, а не копить. Но слишком глубоко опуститься нельзя.

Ведь остаются наличные. Если ставка слишком отрицательная, все выведут деньги наличными: они дают ноль, зато ничего не стоят.

Зона евро вышла из этого в две тысячи двадцать втором. Эксперимент длился восемь лет.

Второй предел, глубже: ликвидная ловушка. Идею предложил экономист Кейнс.

В приложении эта глава анимирована и озвучена, карточка за карточкой. Попробовать бесплатно.

Загрузите вApp Store

Центральный банк снижает ставки снова и снова. Но больше никто не занимает. Семьи и компании боятся.

Лошадь можно привести к реке, говорит пословица. Но нельзя заставить пить.

Япония пережила это с конца девяностых: ставки около нуля, а экономика не оживала.

Третий предел: бюджетное доминирование. Когда долг государства так тяжёл, что диктует денежную политику.

Допустим, госдолг три тысячи миллиардов евро. Лишний пункт ставки после обновления всего долга — тридцать миллиардов в год.

Центральный банк хотел бы поднять ставки против инфляции. Но знает, что тем самым поставит государство в трудное положение.

Если он отказывается по этой причине, он больше не борется с инфляцией. Он финансирует государство. Этого история и боится.

Отсюда четвёртый вопрос, который возвращается на каждых выборах: независимость центрального банка.

Правительство любит низкие ставки перед выборами. Кредит лёгкий, занятость растёт. Счёт, то есть инфляция, приходит позже.

В начале семидесятых президент США Никсон давил на ФРС ради низких ставок. Записи это показали.

За этим последовала инфляция семидесятых. Отчасти поэтому столько стран сделали свои центральные банки независимыми.

В зоне евро эта независимость записана в договорах. Но никакой текст не защитит от потери доверия.

Поворот: центральный банк силён, пока верят, что он может действовать. Его пределы — момент, когда верить перестают.